А что было бы, если бы она вовсе не вышла из этого состояния?
Или — что еще хуже — если бы она вышла из комы полностью парализованным человеком, обреченным на всю жизнь зависеть от заботы окружающих людей? Она бы не смогла ни самостоятельно есть, ни одеваться, ни мыться в ванной без помощи платной прислуги.
По телу пробежала судорога.
— Нет-нет, — попыталась она возразить Витецкому. — Я не могла так долго пробыть в этом состоянии. Я просто не могла. Тут какая-то ошибка.
— Вы, наверное, заметили, как похудели, — убеждал ее Витецкий. — Вы потеряли не меньше пятнадцати фунтов
Сюзанна подняла перед собой руки. Они напоминали две тоненькие ветки. Она и раньше осознавала, насколько сильно похудела, но не хотела задумываться о причинах этого.
— Вы, конечно же, получали набор питательных веществ вместе с жидкостью, — объяснил Витецкий. — Иначе вы давно погибли бы от обезвоживания. Мы внутривенно давали вам глюкозу, другие поддерживающие элементы, но нормальной еды — я имею в виду пищу в твердом виде — вы не получали очень долго, больше трех недель.
Рост у Сюзанны был пять футов пять дюймов
— Двадцать два дня... — повторила она в задумчивости. Как бы то ни было, приходилось верить в то невероятное, что произошло с ней.
Теперь, когда она сдалась под напором очевидных фактов, усталость и боль предприняли на нее новую атаку. Обессиленная, она откинулась на подушки.
— Я полагаю, что на сегодня достаточно, — заключил Витецкий. — Вероятно, я даже разрешил вам разговаривать дольше, чем нужно. Вы совершенно измотаны. Теперь вам необходимо долго-долго отдыхать.